Три следующие таблетки подняли ее для четвертой установки, и еще одну она украдкой сунула в рот, когда ставила кристалл в крепления. Килашандра выполняла свою работу главной жрицы чисто рефлекторно, лишь время от времени замечая расплывчатые лица, следившие за каждым ее движением, и дрожащий вздох, когда в коммуникационной комнате звучала чистая нота кристалла.
Одно было хорошо у трандомауксцев: когда они находили структуру эффективной, они повторяли ее. Все помещения коммуникаций были созданы по одному образцу, так что Килашандра могла бы идти, не глядя. На обратном пути она снова наступила на подол платья, который так и не имела времени укоротить. Тогда Талаф взял ее под руку. Она сосредоточилась на его безмятежной улыбке, когда шла сквозь толпу к катеру, а в катере с облегчением упала на сиденье.
— Вы здоровы, Килашандра? — спросил Талаф участливо.
— Просто устала. Вы не представляете, как трудно расстаться с кристаллом, который сама резала. Он кричит, когда его покидаешь. Дайте мне выспаться, прошу вас.
Килашандра понимала, что из-за этого случайно брошенного замечания Талафа она рисковала подвергнуться осмотру Чейсарта, потому что ее переменные периоды активности и сонливости явно не прошли незамеченными. А было немало противников покупки хрустальных коммуникаций, потому что за эти маленькие неприглядные с виду блоки расплачивались тяжелыми глыбами высококачественного металла.
Поэтому, когда Килашандра оказалась в безопасности в своей каюте, Талаф поговорил с Пиндлом. Пиндл осторожно поговорил с другими, и Чейсарт был вызван по поводу небольшой эпидемии пищевого отравления. Он обследовал двух больных, что потребовало длительных анализов, а потом был вызван на консультацию по поводу серьезного ожога.
Килашандру подняли для более продолжительного полета в челноке на поверхность планеты для последней установки. Продолжительный сон подействовал на нее благотворно, и хотя нервные пальцы Килашандры ощупывали оставшиеся таблетки стимулятора, она решила, что сможет отсрочить их прием. Она съела плод и выпила питье с глюкозой, которое предложил ей Пиндл, хотя предпочла бы воду, пусть даже повторно перегнанную из запасов крейсера. Она чувствовала себя вполне готовой к финальной стадии установки, пока не увидела хрустальный контейнер. Тут она сразу сообразила, что это самый большой кристалл, и покинуть его будет намного труднее. Поэтому она не рискнула держать его на коленях во время путешествия к планете.
— Принесите контейнер на борт. Так будет безопаснее для короля-кристалла, — распорядилась она и вошла в челнок, прежде чем кто-нибудь мог ей возразить.
Пиндл и Талаф поспешно приказали стражу выполнить ее задание, и когда прибыл капитан Френку, контейнер был уже крепко привязан в челноке. Капитан резко остановился, глядя на короб в ярости и шоке, но Килашандра ласково улыбнулась.
— Другие кристаллы вы несли в руке, член Гильдии…
— Но это путешествие более длительное, капитан, и пока этот кристалл не будет надежно установлен в нашем главном коммуникационном помещении, вся моя предыдущая работа потеряет смысл. Как и путешествие вашего крейсера.
— Капитан: факторы времени… — Талаф шагнул вперед с озабоченным видом.
Френку поджал губы, бочком обошел контейнер и направился в хвост челнока. Килашандра подумала, что ей повезло — он не был в настроении пилотировать челнок.
Она предполагала, что не будет спать, но не смогла преодолеть дремоту, из которой ее вывел шум и жара при входе челнока в атмосферу планеты. Она быстро проглотила две таблетки и безмятежно улыбнулась, как человек, вспомнивший что-то приятное.
Челнок полностью остановился до того, как лекарство начало действовать, и она размышляла, не принять ли третью таблетку, когда люк челнока открылся.
Тут же появилась посадочная платформа, и Килашандра со своего места видела громадную толпу, стоявшую по обе стороны широкого прохода, который вел к огромному зданию коммуникаций.
— Кристалл, член Гильдии! — Громкий голос Френку напомнил Килашандре об этом последнем расставании с кристаллом.
Она открыла короб, взяла король-кристалл и стала спускаться по трапу, держа кристалл перед собой. Другие установки были только репетицией перед этой.
Свежий воздух планеты заметно бодрил ее. Она глубоко вдыхала его и не желала спешить в этой церемониальной прогулке.
Френку оказался по одну сторону от нее, Талаф по другую, и оба шептали ей, что надо идти быстрее.
— Как хорошо дышать незагрязненным воздухом! Мои легкие были словно забиты цементом!
— Вы должны идти быстрее, — настаивал Френку. Его щеки сотрясались, когда он нервно улыбался, наблюдая за реакцией огромной толпы людей в открытом пространстве, большем, чем его новый крейсер.
— Поспешите, если можете, Килашандра. Нас поджимает время, — встревоженным голосом сказал Талаф.
— Эти люди собрались здесь, чтобы увидеть кристалл, — возразила Килашандра, но ускорила шаг, подняла кокон над головой и ее захлестнула волна восклицаний, увидела, что стоящие ближе к ней люди подались назад. Интересно, подумала она, они собрались увидеть здесь успех установки кристалла радость или провал? Эта публика не была дружелюбной: Килашандра чувствовала вокруг себя враждебность и страх.
— Мы хотим ускорить установку, член Гильдии, — сказал какой-то мужчина, беря ее под руку, когда она прошла через дверь, — иначе мы не можем отвечать за вашу безопасность.
Она услышала, как тяжелые металлические двери закрылись за ней, а приглушенный шум снаружи стал громче.
— Мне дали понять, джентльмены, что этот проект не все одобряют. Однако одно сообщение, посланное и принятое, рассеет эту… — она указала на толпу, сгрудившуюся вокруг здания.
— Сюда, член Гильдии.
Все они теперь почти бежали, и ей было досадно, что необычность ситуации может разрушить ее спектакль. Смешно даже! Какой-то абсурд — попасть в подобное положение! Тем более сейчас, когда она умирает от желания завалиться спать! Она прижала к себе кристалл одной рукой — все равно в этой спешке никто не оценит театральности ее жеста — а другой быстро сунула в рот еще две таблетки.
Затем ее провели в главную комнату этого огромного здания, где нервничающие техники больше интересовались внешними камерами, чем своими рабочими дисплеями.
— Пожалуйста, поторопитесь с ним, Килашандра, — умолял Талаф, когда она делала последние несколько шагов к платформе и пустой нише, где должен был вмонтироваться король-кристалл.
Нервными пальцами она сдернула пластик и вдруг почувствовала безмятежность, когда обнаженный кристалл ласкал ее кожу, и остановилась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
